Генерал Веригин стоял, наклонившись над лежащим перед ним телефоном, упершись кулаками в стол. Вошедшие офицеры тоже садиться не стали, а расположились вокруг, слушая с вниманием и стараясь не упустить ни слова. Если генерал говорит по громкой связи, то этот разговор для всех.
— Повтори, Олег, обстановку. Сейчас тебя слушают все участники операции. — генерал говорил спокойным голосом, совершенно не выдавая своего волнения — Опиши диспозицию, состав и численность защитников и, по возможности, прикинь число атакующих.
— Моё почтение, господа офицеры, хороший денёк! — раздался глухой, жестяной голос, говоривший с явной насмешкой — У нас здесь на минутку всё стихло, ждем какой-то гадости. Но немножко времени у меня есть. Итак, площадка ориентировочно двести пятьдесят на двести метров. Два здания на отшибе от ряда из четырёх заводских корпусов. Это заводская электроподстанция и длинный жестяной склад, двое ворот настежь в противоположных концах. Нас атакуют широким фронтом с запада и севера. В полусотне метров от нашей позиции вдоль восточной стороны тянется забор с железными приоткрытыми воротами, перегораживающие старую железнодорожную ветку. Объект защиты — штабеля ящиков, около полусотни, находятся посередине ангара. Три или четыре ящика вскрыты, их содержимое разбросано. Это предметы, завернуты в бумагу, разного размера, но каждый не больше булки хлеба. Над примерно шестью видна явно заметная аура. А три предмета излучают весьма сильное сияние — два фиолетового цвета, один красно-рубиновый. И особенно сильное красное сияние. Просто сноп в крышу…
— Как красное сияние? Повтори, правильно ли я тебя понял?
— Я, дядя Женя, не дальтоник. Самое настоящее классическое красно-рубиновое сияние. Аж страшно на него смотреть. — Голос явно рассердился.
— Олег, этого не должно быть! Точнее, если ты говоришь и не ошибаешься, то да, но в город такое точно не должно попадать. Опасно! Рубиновый цвет — несусветная мощь. Как вы там еще на ногах держитесь и не попадали?
— Так один вон уже лежит тряпочкой рядом с источником свечения, а сам уже почти не светится. Он наверняка к столбу излучения прикасался, если вообще, идиот, не сам активировал этот объект. Теперь, наверное, помирает. Астральное тело уже очень тощее. Как бы не окочурился и физически. А мы от красного столба далеко…
— Не отвлекайся. Понятно, что красное свечение — это и есть цель тех, кто атакует. Кто это и сколько их? А главное, сколько вас.
— Нас на воротах двое — я и один чужак, по-русски не говорит, только отдельные слова. Общаемся образами и немного по-английски. По повадке, северянин. Он не пользуется пакетом, а кожаными браслетами с камнями, повязкой на волосах и зеленым кулоном на шее.
— С чего ты решил про браслеты и кулон?
— Так вон его физическая тушка лежит в сторонке, отдыхает. Небось, как добежал до склада по тревоге, так в астрал и прыгнул. А тело заснуло. Он из сопровождающих этот груз. Так мне объяснил. Белый как викинг, красавец, высокий и стройный. Девки таких любят.
— Давай без лишних деталей. Кто у вас там еще?
— На других воротах двое каких-то неумех, которые это всё судя по всему и затеяли. Плюс двое сильных ребят, похоже из сибирских народов. Я не успел их хорошо разглядеть, но в них есть что-то китайское. Типа, последний из удэге. Они телами тоже рядком лежат там у стены, а сущностями воюют у дальних ворот. Один к нам периодически подлетает и быстро закидывает проём ворот защитной паутиной. Уже сплёл целый занавес. Хорошо работает, молодец. Только уж очень сердитый, меня обругал на непонятном и пыхнул факелом в глаза, дескать, я тебя не люблю, сволочь.
— Понятно, это шаманы-охранники груза. Давай-ка все-таки подробности потом, времени немного. А кто вскрыл ящики?
— Эти самые трое неумех. Двое, что у тех ворот и тот, что лежит тряпочкой, обжегся на красном сиянии.
— Как это они открыли? Это же неопытные люди. Они что, телекинезом обладают?
— Нет, мне викинг объяснил, что они кого-то днём наняли. Тот оттащил несколько ящиков с археологией в сторонку и по-простому вскрыл крышки ломом. Стащил лом с пожарного стенда у входа в подстанцию, вон лом этот на полу еще валяется. Не вернул его на место, алкаш. А потом, чтобы в глаза безобразие не бросалось, накрыл всё это каким-то брезентом, что ли.
— Ясно. Теперь о противнике.
— Их очень много, мы прикинули, что бьют в нас около тридцати пяти стволов, и бьют сильно. На поражение. У нас потеря. Ранен напарник викинга, тоже иностранец. По виду араб. Он почти не помогает, висит посреди ангара и мало реагирует на окружающее, но еще светится. Викинг хотел его спустить вниз, но не успел. Началась атака. А физическое тело араба тоже лежит в сторонке, и пока в нормальном состоянии.
— Подожди, Олег. Скажи, ты не разобрался какая этно-банда вас атакует, кавказцы, алтайцы, балканцы или эрзя?
— Какая, на хрен, этно-банда?! На нас навалились барчуки, в смысле, Воины Сумерек из ложи имени покойного великомученика, невинноубиенного товарища Барченко.
— Как барчуки? Ты не ошибаешься?
— Нет, дорогой дядя Женя, их пасли уже несколько дней мои святые бабушки. Они меня на этот склад и навели.
— Так наша спецгруппа уже на подходе к их базе, сейчас будет штурмовать. Марк адрес нашел.
— Дядя Женя, это может быть ловушка. Их по идее прикрывают ваши смежники. Там, по моим данным, чуть ли не рота охраны и свои дежурные маги. А причем здесь твой банкир Марк?
— Олег, Марк уже у тебя рядом в призрачном лесу за забором у кладбища. И может появиться в любой момент из ворот с железнодорожными путями.
— Ох, не надо бы ему здесь быть. Хоть, и не люблю его. Но спасибо, что предупредил. Попробую на входе прикрыть. Там с севера два ствола прицельно бьют. Вы-то сами когда будете?
— Продержись с полчаса. Сейчас над вами повесят ретранслятор, и станет полегче.
— Не боишься, что собьют? Хотя, над центром не рискнут… За меня не волнуйся, мои бабушки уже тоже на подходе. Они особо в астрале чувствительные, зайдут барчукам в тыл… Всё, кончаем трёп. Опять началось.
Генерал оторвался от телефона и обвел взглядом всех присутствующих.
— План меняется. Брусникин, атака спецгруппы откладывается. Пусть выдвинутся в район поближе к локации, но машины не покидают и штурм начнут только по моей команде. Пошлешь командиром Ларионова, а сам пойдешь со мной, станешь в пару с гроссмейстером Василенко. Василий Васильевич, вы не против? Отменно…Большой группой мы будем друг другу только мешать. Разбиваемся попарно. Попробуем их занять посерьезнее, наступая с разных сторон. Артемьев, вызывай вертолёт. Нет времени добираться на машинах. Посадка на поле стадиона электролампового завода. Оттуда до объекта около двух километров. С поля и будем работать. Нам для большей мощности лучше быть поближе, чтобы потери энергии в отрыве от тел и пакетов не сказались… Передайте дежурному по городу, пусть объявят об учении по гражданской обороне. А то, бой почти в центре города! И нам только этого не хватало. Плюс рубиновое сияние впридачу… Михаил Александрович!.. Куда девался начальник учебной части Гуриели? Не вижу его.
Артемьев помялся и доложил.:
— Так князь еще десять минут назад умчался на астро-торпеде с курсантом Толоконниковым.
Веригин выругался одними губами и перекрестился. А потом обвел всех строгим взглядом:
— Начинаем немедленно. План доработаем по пути. С Богом, товарищи офицеры! — и снова перекрестился.
Они быстро пошли по длинному коридору к выходу на вертолётную площадку. Адъютант Артемьев тихонько спросил у тащившего вместе с ним тяжелый ящик майора Лебедева:
— Игорь, а что за святые бабушки у Фалады? Он говорил, что они ему помогают.
— Наш Олег — не удивляйся, он был моим корешем и одногодкой, вместе в Отряд поступали — хоть и аферист, но большой выдумщик, и с хорошей фантазией. Он создал своё личное общество слепых. Набирает невидящих стариков, берет официально над ними опеку, заботится, кормит-поит, защищает, нанимает поводырей и тех, кто о них заботится, ну, убирает там, готовит. Никакие черные риелторы к ним за их квартирками и не думают подступаться, чтобы не огрести. Олег всех запугал. Но берёт он, Даня, не простых слепых, а людей с магическими способностями. Это его личный отряд, гвардия, так сказать. Мне доводилось кое с кем из них встречаться в спарринг-поединке. Досталось мне, скажу честно, просто мама не горюй. Они работают крайне жестко, практически всегда в полный контакт. И умеют драться не только парами, но и четверками. Любого соперника, даже в тренировочном бою, не жалеют совсем. Гениальные бойцы, стойкие и даже не просто упрямые, а какие-то упёртые! А ведь в жизни совсем беспомощные инвалиды, калеки. Но зато в астрале — просто неудержимые асы, берсерки.
— Понимаю, как пингвины. На суше неуклюжие, а в воде быстрые и верткие, как торпеды… Да-а, крутая задумка. Это же надо было такое придумать!
— Сам ты, Даня, пингвин. Всё бы тебе шутить. Олег, конечно, абсолютный циник, но всё-таки что-то человеческое в нём есть. Говорят, он своих слепых по-своему очень любит.
— А ты знаешь за что его выгнали из Отряда? — смело спросил Артемьев.
— О, этот Остап Бендер придумал гениальную аферу. — Лебедев говорил охотно, не таясь и не важничая, как Брусникин. — Олег с дружками создал фирму «Консультации в помощь бизнесу» и греб деньги лопатой. Он использовал свои астральные способности для игры на бирже, искал подвохи в тексте договоров, защищал клиентов от происков врагов, занимался рейдерскими захватами и отжимал целые предприятия, делал задорого психоблокировку крупным бизнесменам. Кстати, дружки его потом кинули на хорошие бабки. Хорошо, хоть не убили. А еще Фалада увлекался игрой в казино и жульничал с рулеткой, картами и костями. Когда генерал вместе с князем узнали, то озверели. Было закрытое заседание малой коллегии гроссмейстеров и специального трибунала. Олега вышибли из Отряда со свистом — без погон, без звания магистра, без лицензии и без допуска. И всё это за неделю до начала его гроссмейстерской сессии… Но Олег опять не пропал и создал «в миру» своё дело. И раскрутился еще лучше прежнего. Сначала наше сообщество его, конечно, бойкотировало, но когда он добровольно принял участие в одной закрытой спасательной операции, правительство дало ему орден, а для наших он перестал быть совсем уж нерукопожатным. Но его деятельность все равно осуждается, как неэтичная, хоть и не демонстративно… О-о, смотри какую громадину нам выделили — воскликнул Лебедев, увидев приземляющийся огромный вертолёт.