Пятнадцать месяцев назад…
Рита с утра не выходила из своей комнаты. У самой двери на стуле стоял поднос с остывшей едой, который доставила сердитая бабушка: девочка не спустилась к завтраку, опять ничего не ест. Периодически она появлялась в дверях и стояла по паре минут, как статуя вселенской укоризны, потом ругалась под нос по-польски и уходила.
Рита сидела, скрестив ноги по-турецки, на кровати в одних шортах и майке. Вокруг неё были разложены мощный шестнадцатидюймовый мак, большой блокнот с ручкой, большой планшет, новейший смартфон и ещё куча всего, что могло пригодиться в работе: чипсы, конфеты, бутылка с соком и пачка орехов пекан. Рита работала, а также попеременно слушала то инструментальную музыку, то аудиокнигу. И периодически с кем-то разговаривала по телефону.
Это означало, что у Риты опять случился дедлайн и нужно было навёрстывать, а то строгий начальник по фамилии Беленький — к слову, жгучий брюнет — недовольно поднимет брови. Наладить с ним отношения было очень сложно, ибо он не понимал молодёжной культуры, любил японскую классическую поэзию, читал её в подлиннике, слушал в кабинете только симфоническую музыку и, когда никто не видел, стоял по-йоговски на голове, прислонившись ногами к стене. Это, по его словам, помогало сосредоточиться.
Риту он терпел за таланты и молча, но с красноречивым выражением на лице, порицал за недостаток дисциплины. И поначалу считал её законченным и испорченным ребёнком-мажором, у которого очень влиятельный дедушка. Рите, пожалуй, со временем удалось перебороть его предубеждение, но со сроками она всё-таки частенько подводила.
Так что задание нужно было срочно выполнять во что бы то ни стало, а то Самуил Яковлевич не подпишет летнюю командировку «в лес». Там, на главной базе Отряда, Риту ожидали двухмесячные сборы перед вторым магистерским баллом.
А пока она сидела в наушниках, слушала оглушительный рок и с удовольствием начинала ощущать, что уже близка к верному решению. Ещё пара проверок, и останется только техническая работа на пару-тройку часов. Рита быстро набила на клавиатуре несколько строк кода и запустила предварительный расчёт. А потом сорвалась с места, подошла к двери и крикнула вниз:
— Бабушка, а у нас остался ореховый торт? Можно мне кусочек?
Варвара Яновна снизу ответила:
— Ты съела завтрак? Натощак сладкое есть вредно.
— Моему мозгу требуется глюкоза, сама же говорила, что сладкое стимулирует.
— Хорошо, сейчас посмотрю в холодильнике и, если Коша не всё слопал, принесу.
Расчёт ещё не завершился, и Рита просматривала сайты на планшете, продолжая облизывать ложку: торта братец Коша мог бы оставить и побольше. А потом схватила мобильник. До Лачина удалось дозвониться легко. Удивительно, но ответил сразу. Рита весело сказала в трубку:
— Привет, товарищ полковник! Говорить можешь? Дядя Гриша, я оторву тебя на пару минут? Тут мне подвернулся байк БМВ G310 R, совсем свежий, с небольшим пробегом. Я скину тебе ссылку, ладно? А ты, если будет время, просмотри её повнимательнее. И по базе бы неплохо этот байк пробить… Как зачем он мне?.. Подумай сам, ваше высокородие, сколько я могу на своей «Хонде Гром» по городу рассекать? Уже наши районные гаишники надо мной смеются… Да! Правда, смеются. Как увидят меня на этой кургузой детской таратайке, так и смеются… И ничего я не фантазирую… Короче, берёшься разобраться с этой ссылкой или нет?.. Да, я настроена серьёзно и деньги уже скопила… Спасибо большое. Всё, дядя Гриша, пока! Ссылку я в «Телеграм» скинула… Ага! И я тоже.
Не успела Рита положить мобильник, как он снова зазвонил:
— Это ты, Аида? Как дела? Почему у тебя такой голос? Что стряслось?.. Как не вернулись?.. Подожди, подожди… Так, давай подробнее…
Автомобиль с затемнёнными стёклами стоял в переулке между домами у въезда в обширный, заставленный машинами квадрат двора, образованный шестью высокими корпусами. Смеркалось, и моросил мелкий неприятный дождик. Водитель опустил стекло, высунулся и беспокойно огляделся по сторонам. А потом обернулся к единственному пассажиру и нервно сказал:
— Марк Иосифович, что-то долго ждём. Неспокойно мне. Почему мы сменили «Бентли» на этот бумер и сидим без охраны уже добрый час?
— Всё нормально, — откликнулся полный пожилой человек с коротким седым ёжиком и в круглых металлических очках, оторвавшись от экрана ноутбука. — БМВ менее приметен, а ты меня лучше всех защитишь, если нужно.
— Но мы же неспроста так здесь торчим. Сколько ещё ждать?
— Уже скоро, она подъезжает. Рита. Ты же её знаешь.
— А-а, внучка Бахметьева. Шустрая девчонка, непоседа. Но добрая… А почему здесь?
— Она назначила. Помочь кому-то нужно. Никогда раньше не обращалась. Дело какое-то серьёзное, Николай. Никому, кроме тебя, знать об этой поездке нельзя… Кстати, ты уверен, что мы оторвались от той «Тойоты Кэмри»?
— Оторвались.
— Хорошо бы. Что-то я их почему-то не чувствовал. Видел машину, но не чувствовал. Такое ощущение, будто их кто-то прикрывает. И уже не в первый раз у меня такое чувство. Надо будет при случае сказать Веригину.
Тут раздался негромкий треск мотоциклетного мотора сзади их машины. Водитель Николай мигнул фарами. Мотоциклист остановился позади них, поставил свой байк у края тротуара и ловко натянул на него чехол от дождя. Николай следил в зеркало заднего вида за приближающейся маленькой фигуркой и нажал кнопку разблокирования дверей. Девушка остановилась рядом с задней дверцей, сняла с головы шлем и влезла в салон. Водитель включил обдув тёплым воздухом.
— Привет, дядя Марк, привет, Николай.
— Здравствуй, девочка. Ты не промокла?
— Не успела. Дождь только начался.
— Зря ты на байке, а не на машине в такую погоду. Посиди, посохни, а заодно расскажи, что стряслось. Николая не стесняйся, он человек надёжный.
Рита посмотрела недоверчиво.
— Что смотришь? Ты же знаешь, у нас, банкиров, секретность покруче, чем у военных.
— Простите, Николай, не хотела обидеть. Хорошо, дядя Маркуша. Сейчас расскажу… Это касается моих студенческих товарищей. Они увлеклись мистикой и колдовством. Стали находить заклинания…
— На этих поганых сайтах, конечно. Между прочим, там среди всякой туфты много действительно опасных вещей.
— Да, дядя Марк. Я знаю. И много раз с ними разговаривала, пыталась отговорить. Но они были как наркоманы: научились «ходить», остерегаться электрополей, наловчились нащупывать людей силы. Ещё умеют производить простенькие проникновения и даже немного драться. Сначала это было только любопытство, а потом, видно, почувствовали свою исключительность и решили бороться с нежитью. Сколотили группу и назвали себя граничарами.
— Да, знаем мы о них. Веригин как-то поручил Адашеву заняться этими партизанами, но тот, похоже, отделался формальным отчётом. Видно, не захотел время тратить. А ты знаешь, что их обнаружила служба безопасности? Я запрашивал Славу с доктором, они их разрабатывали и нащупали связи.
— Это не граничары, а «Чёрные фламинго». Граничары отказались от работы на органы. И с этого момента у них с Фламинго война. А сейчас случилась, похоже, беда.
— И ты только из-за войны между шайками этой шпаны выдернула меня?
— Нет, всё гораздо серьёзнее. Три дня назад граничары наткнулись на какую-то страшную силу.
— Может, на патрульных Отряда? Они часто делают рейды по густонаселённым спальным районам. Нечисти здесь видимо-невидимо.
— Нет, патрули Отряда ребята хорошо знают и умеют им не попадаться. А это какие-то совсем чужие и очень жёсткие…
Тут Рита замолкла, понуро опустила голову, свесив светлую чёлку.
— А ну давай выкладывай всё и без вранья, — нахмурился банкир, переглядываясь с водителем, наблюдавшим за ними в зеркало. — Ты с ними, конечно же, бегала в набеги. Так?
— Не совсем. Я только научила их ходить по «доскам» и помогала иногда… Делала «чайку»…
— Подожди. Чтобы ходить по «доске», надо научиться пользоваться «пакетом». А для «пакета» нужно правильно подбирать камни «даши». Что же ты натворила, балда?
— Они уже и до меня немного умели отыскивать камни-даши и собирать простой «дуплекс».
— А ты, значит, развила их умения… Да, хороша, нечего сказать. У нас в Отряде любому башку бы оторвали за такую самодеятельность.
Глаза Риты наполнились слезами.
— Ладно. Об этом потом. Говори, что сейчас произошло.
— Они прошлой ночью наткнулись на что-то чужое. Была стычка. Двое ребят, они работали из дома, пропали. А одного, кто вернулся, даже скорая госпитализировала… Как пропали? Да, совсем. Не вернулись. То есть лежат без памяти. Тела на базе, а их сущности где-то застряли. Меня утром выдернули, я попробовала поискать «чайкой», но днём много электрополей, сбилась с их следа. Ещё Аида сказала, что вроде с ними пропал и ещё один чужой парень или, может, взрослый. Его Молчун зовут. Он часто с ними ходил. В реале ребята с Молчуном не знакомы, только сущностями.
— Кто такая Аида? И что за чужой, союзник?
— Да, что-то вроде союзника. А Аида — лидер граничаров.
— Ясно. Николай, срочно вызывай охрану. Одну машину и двух на мотоциклах. Байкеров немедленно, — жёстким тоном скомандовал Марк Иосифович. — Я как чувствовал, что мы не оторвались и они где-то рядом. Теперь понятно, кто их прикрывает. Фламинго хреновы. А я пока позвоню Веригину и вызову оперативников.
— Дядя Маркуша, не надо сразу звонить генералу и вызывать наряд, — умоляюще попросила Рита. — Давайте мы с вами сначала вместе сходим на базу, и вы сами всё увидите.
Банкир посмотрел на Риту долгим, тяжёлым взглядом, а потом чуть смягчился:
— Это правильно, Маргарита, что ты позвала сначала меня, а не генерала или своего деда. Они бы уже сразу оцепили весь район и всех вас, правых и виноватых, чохом заперли в карантин до выяснения.
А потом обратился к водителю, державшему мобильник у уха:
— Вызвал, Николай?
— Да, Марк Иосифович, три байкера будут здесь с минуты на минуту.
— Встреть их, и пусть немедленно возьмут под наблюдение двор и под охрану нашу машину. А ты пойдёшь с нами.
Николай вышел, негромко хлопнув дверью, а Марк Иосифович с Ритой сидели молча, не глядя друг на друга. Девушка украдкой пыталась поймать взгляд банкира, а тот хмуро отворачивался. Потом не выдержал:
— Ты моя лучшая ученица, и я не ожидал от тебя такой безответственности. Нельзя передавать знания посторонним, это закон. Теперь генерал наверняка не возьмёт тебя в Отряд. Так и останешься в программистах, — вздохнул Марк.
— Возьмёт. Я уникум, это все знают, — Рита надменно поджала губы. — Никуда он не денется.
— Нахалка. Как у тебя вообще язык повернулся такое говорить!
— Тебе можно, ты меня любишь, — лукаво чуть улыбнулась Рита и выглянула в окно. — Ой, а там полиция приехала. Двое на мотоциклах.
— Это моя охрана. Они недавно получили разрешение носить форму и пользоваться полицейскими мотоциклами. Пошли.
Они вышли из машины на мокрый тротуар. Там стояли Николай с полицейским в чёрной коже и блестящем шлеме.
— Коля, возьмёшь в багажнике аптечку, мой рабочий «пакет» в чёрном кейсе и коробку с универсальными камнями. И поторопись. А вы, — он обратился к полицейскому, — сами знаете, как и что делать.
— Если камни мне, дядя Марк, то не надо, у меня есть свой комплект, — откликнулась Рита.
— Нет, я думаю сделать сдвоенный пакет. Пошли. Куда идти?.. Подожди, — Марк даже остановился, — давай-ка вызовем доктора Тима. Он живёт здесь с Томой неподалёку. Может потребоваться как врач. Набери его, Коля!
В грязном тёмном подъезде они практически ощупью добрались до лифта. Рита посветила фонариком мобильника, чтобы банкир не споткнулся. Он брезгливо нажал тускло светящуюся кнопку вызова. Николай негромко окликнул Марка:
— Шеф, Тим уже на подходе. — Он показал на головной наушник телефона. — Просит подождать пару минут, они сейчас подойдут, уже сзади этого дома.
Громыхнув, приехал вызванный лифт, с шумом открылись дверцы. Марк Иосифович подозрительно заглянул внутрь и отпрянул:
— Нет, дружочки, в такой грязи мы ездить не станем. Ещё застрянем. Пешком поднимемся. Рита, на какой этаж?
— На седьмой. А что вы думаете, ступеньки чище? Ещё в кошачье дерьмо наступим, — проворчала девушка.
— Ты выражаешься как уличная гопница. Небось, у своих граничаров научилась?
Тут распахнулась подъездная дверь, и вошли худой мужчина в плаще с сумкой-кофром через плечо и стройная женщина.
— Ты быстро, доктор. Спасибо. Здравствуй, Тамила! — поприветствовал их банкир.
— Привет, Марк, — отозвался вошедший, — так мы же через три дома живём, даже машина не потребовалась.
— Здравствуйте, Артём Асланович. Здравствуйте, Тома, — поздоровалась Рита. — Больше никого не ждём?
— Нет, пошли, — скомандовал Марк.
На четвёртом этаже приоткрылась дверь в квартиру, и высунулось старушечье лицо.
Николай, шедший первым, бодро рявкнул:
— Горгаз, тётенька, электросвет и водоканал. Проверка!
— И скорая на всякий случай, — добавил Тим, показав нарисованный на медицинском кофре красный крест.
— Это вы, наверное, на седьмой? У них вечно протечки. Соседи с шестого жалуются, — ворчливым тоном ответила старушка.
— Всех проверим. Всё исправим. Сохраняйте спокойствие, — заверил Николай.
— У них собака скулит с утра! — крикнула им вслед соседка.
На площадке седьмого этажа тучный Марк остановился, тяжело дыша. Николай с Ритой подошли к двери, она была не заперта и приоткрыта на щёлочку. Рита толкнула её и вошла в тёмную прихожую. Следом за ней вошли Николай с Тимом, а последними — Марк с Тамилой. Марк повёл носом:
— Чем здесь пахнет? Блевотиной какой-то и ещё чем-то.
Из-за одной из закрытых дверей послышался собачий лай, перешедший в жалобный скулёж.
Открылась ещё одна дверь, и появилась худая девичья фигура. Она вцепилась в дверной косяк, чтобы не упасть. Её длинные волосы были спутаны, отёчное лицо землистого цвета, под носом засохшие струйки крови, а светлый спортивный свитер тоже был в кровавых пятнах.
— Аида, это мы, — бросилась к ней Рита.
Хозяйка дома показала дрожащей рукой на соседнюю дверь, откуда скулил пёс:
— Его не выводили со вчерашнего дня и не кормили. Откройте дверь на площадку, пусть сам спустится. Он далеко от подъезда не уйдёт. И сам поднимется, если кто-то из соседей впустит.
— Николай, выведи пса, — скомандовал Марк.
— Нет, я вас не оставлю, не имею права, — решительно ответил водитель.
— Я его выведу, — негромко подала голос Тамила, красивая зрелая брюнетка, и мягко спросила хозяйку: — Где его ошейник?
— Вот на крючке висит. Не бойтесь, он добрый. Не тянет и очень послушный. Его Брюс зовут. Может даже без поводка гулять, — слабым голосом ответила Аида и вдоль двери сползла на корточки. — Больше пяти минут не гуляйте. Я потом очухаюсь, выгуляю его хорошенько.
Тамила выпустила из комнаты красивого золотистого ретривера. Пёс бросился к хозяйке и стал её вылизывать. На него надели ошейник, и Тамила вывела его за дверь.
Рита с Тимом увели Аиду на кухню, а Марк с Николаем вошли в большую полупустую комнату. Там почти посередине стояла раскладушка с полуспущенным надувным матрасом и большой несвежей банной простынёй. Банкир осторожно обошёл непонятную лужу на полу и обернулся к Николаю:
— Видно, её тошнило. Хорошо, что вызвали Тима. У неё, похоже, было высокое давление. Так случается, когда кто-то крепко вдарит.
— Да, после хорошего нокаута долго не можешь прийти в себя, — отозвался Николай. — Рита говорила про двух каких-то других. Интересно, где они?
В этот момент вошла Рита и открыла дверь в смежную спальню:
— Поищу, во что её переодеть. Доктор сделал Аиде укол, сейчас упадёт давление, и она придёт в норму. Я её умою, а после здесь всё уберу. Ничего не трогайте.
— Рита, а где двое других? Они здесь или в другом месте? — крикнул в дверь спальни банкир.
— Здесь, конечно. У них база в конце коридора, сделанная из подсобки. Это тёмная комната прямо за ванной, — её голос слышался глухо из глубины шкафа-купе.
Марк с Николаем быстро прошли в конец коридора, где обнаружили дверь в подсобку. За дверью была освещённая слабыми лампами комната размером со среднюю кухню, по стенам которой были стеллажи с открытыми и закрытыми полками, а лицом к глухой стене стояли два настоящих зубоврачебных кресла перед наклонными металлическими столами. В креслах лежали неподвижные фигуры — два одетых в шорты и майки молодых парня без малейших признаков жизни. Николай ощупал пульс на шее каждого и кивнул Марку, остановившемуся в дверях:
— Живы!
— Ничего себе эти стоматологи понастроили, даже вытяжка есть! — проворчал одобрительно банкир, входя в комнату. — Хотя в долгий набег нужно памперсы на себя надевать. Пока не вытащим, их трогать с места нельзя. И нужно будет вызвать нашу уборку с моющими пылесосами, а то вся квартира воняет. Позвони им потом. Как доктор освободится, веди его сюда, а я пока осмотрюсь.
Рита вошла в кухню, где Тим возился с хозяйкой дома. Она сидела, откинувшись на спинку углового диванчика, и вид её был уже лучше, а лицо стало розоветь. Вошла Тамила с псом. Брюс бросился к хозяйке, та его погладила слабой рукой. Тома наполнила собачью миску свежей водой и насыпала корм из большого мешка в углу, а потом принялась мыть гору посуды в раковине. Пёс сначала бросился жадно пить, а потом громко хрустеть едой.
— Аида, пойдём, я тебя умою. Что, сама? Пошли-пошли, не стесняйся, — Рита повела хозяйку в ванную, пустила душ и стала её раздевать.
Под струями воды Аида стоять не смогла и снова присела на корточки. Сидела долго, но потом поднялась и закуталась в банный халат.
— Марго, кого ты привела? Что это за строгий дядька?
— Это мой учитель Марк Иосифович Вайншток, он сейчас банкир, но вообще-то гроссмейстер из самых сильных. С ним его водитель Николай, он ещё охранник. Доктора зовут Артём Асланович, а с ним его жена Тамила. На самом деле доктор ещё и очень крутой стрингер. Ну, в смысле, рискованные журналистские расследования. Уже больше тридцати лет. Они все люди свои, не бойся. Давай поскорее одевайся, а то мне надо к дяде Марку.
Рита помогла надеть Аиде спортивный костюм.
— Ребят нужно вытаскивать, я к ним заглянула на базу, лежат синие, как трупы.
— Ну вот, вполне уже на человека похожа, — одобрительно улыбнулся доктор, когда они вошли в кухню. — Тома сварила кофе, я из дома прихватил. Некрепкий, конечно, и почти без кофеина.
Он усадил Аиду и протянул ей чашку кофе с молоком. Та благодарно кивнула и улыбнулась Тамиле, расставлявшей посуду в подвесной шкафчик:
— Вкусно. Спасибо, доктор. И вам, Тамила, спасибо.
Та улыбнулась и сказала, что пойдёт приберётся в комнате. Аида вяло запротестовала. В этот момент вошёл Марк и строго обратился к хозяйке:
— Что у ваших бойцов за сиреневый камень в пакете? Третий номер?
— Это чароит. Минерал с реки Чары из Якутии. А вы правда банкир? — с вызовом ответила Аида.
— Да, банкир и, отвечая на следующий вопрос, кредитов не выдаю, — раздражённо ответил Марк Иосифович.
— А фамилия Вайншток переводится как «винная палочка»? — не унималась Аида.
— «Виноградная лоза», — сухо поправил банкир. — Ерунда ваш чароит, хрупкий, часто менять придётся. Оба камня у бойцов надтреснутые, мощность пакета падает прямо на глазах… Тим, как она, потянет?
— Если недолго. Хотя я бы всерьёз на неё не рассчитывал.
— У нас нет выбора, дорогу знает только она. Я тут выглянул в поле, огляделся. Плохо дело! Прошло больше суток, следы практически не видны, — Марк посмотрел прямо в глаза Аиде. — Без вас не справимся. Или долго провозимся и упустим время. Понимаете? Надо пойти. Согласны?
Аида кивнула.
Марк уселся за стол, смахнув с табуретки крошки, и стал детально расспрашивать её о схеме их работ в эфирных полях. Тим, прихватив свой кофр, вошёл в тёмную комнату и начал осмотр лежащих в трансовой коме граничаров. Он проверил пульс, измерил им давление и сделал каждому укол магнезии.
Рита стояла рядом и молча осматривала, как и Марк за четверть часа до неё, схему пакета перед каждым из бойцов и порядок подключения камней между собой. Она увлеклась и не заметила, как рядом оказался банкир.
— Я заметил, что они используют не квадрат, а трапецию с четвёртым сдвоенным камнем. Это твоё новшество?
Рита кивнула. Марк одобрительно кивнул:
— Интересно!
А потом вопросительно посмотрел на доктора, который влажной губкой протирал ноги и руки находившихся в коме граничаров. Тот кивнул:
— Они пока в форме. Я сейчас их напою чуть-чуть, а то эти бойцы давно не пили. Похоже, они уже сутки сидят в какой-то малосимпатичной дыре. Видно, кто-то их туда загнал. Как доберётесь до них, не давайте им геройствовать, силы у ребят на исходе, отрубятся. Я буду рядом, если потребуется, вколю им что-нибудь.
— Спасибо, Артём Асланович, — сказала вошедшая Аида. — Мы сейчас начнём?
— Да, начнём, пожалуй, — кивнул банкир. — Аида, мы пойдём потихоньку вместе, а потом вы должны отстать. Обязательно. Это приказ. Если будет свалка, вы можете не выдержать. Рита, ты посидишь на страховке.
— Ну уж нет, дядя Маркуша, я тебя не оставлю. К тому же я неплохо знаю здешние «доски». Проведу как по струночке.
— Да, господин Вайншток, она здорово «доски» знает. До самой путевой артерии проведёт без вопросов, — добавила Аида.
— И не стыдно тебе, Ритка, было врать, что не ходила с ними в набеги? — Марк укоризненно посмотрел на Риту и покачал головой, а потом добавил: — Там ведь может драка быть, нагорит мне от твоего деда, да и от генерала, если возьму тебя на такое дело.
— Да ты что, дядя Маркуша, я ведь была лучшая в группе по панкратиону, — убеждённо и горячо воскликнула Рита. — А недавно мне Лачин свой фирменный хук справа показал. Никто не мог удержаться. Отлетали как кегли и даже выпадали из астрала.
— Ладно, стрекоза, пойдём вместе, — кивнул банкир, а потом обернулся к Аиде: — Тесно здесь у вас на базе. Как втроём сумеем расположиться?
— Тут сбоку длинный стол откидывается, а сидеть на скамье будем. Только спинку надо поднять.
— Всё, вытаскиваем «даши» и собираем пакеты. На всё времени пять минут.
Банкир раскрыл свой кейс, достал набор шнуров, цепочек и длинную коробку с заветными камнями. Они у него были в элегантных серебряных оправах с гнёздами и клеммами. Рита тоже достала из большой поясной сумки свой набор камней, поскромнее, чем у Марка, но тоже нарядный, с кельтскими украшениями, и стала собирать свою схему.
Аида восторженно смотрела на это великолепие и с жадностью неофита наблюдала за манипуляциями пожилого колдуна, за тем, как он ловко собирал «пакет» — а по сути, портал в эфирное пространство. А потом сняла с полки поднос со своим уже смонтированным «пакетом» и поставила на стол перед собой.
Они все трое уселись рядком, каждый перед своим «пакетом». Марк посередине, справа Рита, а слева, ближе к двери, Аида.
— Тим, ты рядом. Если что, эту даму, — Марк показал взглядом на Аиду, — оттащишь.
Доктор кивнул. Потом банкир перевёл взгляд на Николая:
— Коля, ты сам знаешь, что делать.
Водитель со значением кивнул, украдкой показав на мобильный телефон в руке.